Так уж вышло по жизни, что кого-то на меня постоянно триггерит. Меня путают со своими мамами-манипуляторшами, бывшими-шлюхами, яростными соперницами, грозными и гордыми отшиваками с завышенным ЧСВ и многими другими женщинами, к которым я вообще не имею никакого отношения.
В первый раз это случилось еще в школе - я постоянно получала ни за что, хотя никаких ярко выраженных черт подобного плана не проявляла: наоборот, старалась хорошо учиться, никому не мешать и по минимуму взаимодействовать с людьми. Потом весь треш постепенно переместился в мою семейную жизнь: будучи самостоятельной, но не приспособленной к лидерству, выяснению отношений и отстаиванию своих прав в принципе, я каким-то вывертом всё равно оказывалась в роли агрессора - даже всячески избегая её намеренно (тем заметнее было неадекватное восприятие меня людьми, их слепота и абсолютная неспособность услышать и понять меня). Хотя я - опять-таки, не будучи приспособленной к нравоучениям, объяснениям и настаиванию на своем - объясняла, учила, говорила, держала контакт, как могла.
читать дальше
Отчего-то я не вызываю у людей желания заступиться, когда бываю маленькой и слабой - наоборот, манифестация моей слабости вызывает у них ужас, отвращение, "самавиновата", "хватит быть жертвой", "че ты тут слезки распустила", "иди отсюда", "я сделаю, что ты скажешь, только успокойся". Если я расстраиваюсь - как минимум, это повод для агрессивных нравоучений, как максимум, мне начинают показывать, что другим еще хуже, и взывать к моей совести путем жесткого самобичевания на моих глазах, например - этим пользовались двое моих мужчин, и я не думаю, что это совпадение.
Как ни стремно это признавать, видимо, виновата в чем-то и я тоже. Значит, пора что-то менять.
В детстве у меня стратегий поведения в конфликте не было никаких. В первых классах меня защищала подруга, крупная и длинноногая - этими ногами она и буцкала всех, кто пробовал к нам подходить с недобрыми намерениями.
Потом подруги не стало, и я долгое время просто отыгноривалась - попытки вывести на конфликт меня раздражали, но не так чтобы слишком. Потом это привело к тому, что из-за моей безответности уровень агрессии ко мне повышался по экспоненте, и в конце концов я оказалась в ситуации, в которой было уже поздно что-то менять - социальные рамки были пройдены.
Подвергаясь чудовищному психологическому давлению, я много размышляла о том, чтобы отомстить. На это у меня не хватало уверенности, злости, повода - просто момент был просран, а бросаться на людей из-за любой мелочи значило выглядеть совсем уж неадекватно и попадать под заслуженные санкции, чего я не могла себе позволить. Иногда я приходила в школу заранее злая, готовая на конфликт - пусть только будет эта "последняя капля", и вот тогда... но последней капли я дождалась только года через четыре, и это был уже совершенно другой человек.
Я продолжала копить злость и яростно следить за малейшими попытками окружения зацепить меня. Я говорила себе: вот теперь этого уже не будет. Теперь я всегда начеку. Я больше никому это не позволю.
Потом я влюбилась, доверилась человеку, и он просто перестал меня слушать и замечать. В конце концов он позволил себе асоциальное, дерьмовое, неуважительное поведение в присутствии моих родителей, и я его оставила.
Со следующим человеком я с самого начала выстраивала строгую систему - такого я не потерплю, так со мной нельзя. Стоит ли говорить, что все эти границы были успешно проверены, мне был причинен ущерб, и на всё это смотрелось круглыми бараньими глазами и говорилось "ну так получилось". Никакие ответные меры - в виде мести, последствий, душещипательных разговоров - ни к чему не приводили. Мне клялись и божились, что больше так не будут, но снова повторяли то же самое.
Настала холодная война. Я понимала, что что-то тут не так, что все делается мне назло, но не могла - снова - поймать человека за руку и объяснить, что именно он делает не так и как сделать нормально.
В это время я снова почувствовала себя в роли чьей-то мамаши, увидела, что во мне человек нашел свой долгожданный шанс сорвать злость на весь женский род, вместе взятый, и удовольствие всё это ему доставляет просто дьявольское. Причем не всё время, а только время от времени, когда есть повод и настроение. А потом он превращается в обычного человека, извиняется и больше так не будет.
Я практически уверена, что в н-ный год супружества - а особенно с появлением детей - с этим сталкивается каждая женщина.
Меня дико раздражает, что мужчины позволяют себе быть такими перед своими женщинами - такими инфантилами, такими придурками, такими ненадежными. Они не предъвляют к себе ровно никаких требований. Их устраивает разочарованная, уставшая, злая, неопрятная, агрессивная женщина рядом с собой. Более того, они находят и выбирают себе нормальную, красивую, адекватную женщину, чтобы в итоге сделать из неё своими поступками собственную мамашу с грязной тряпкой наперевес, а потом скрываться от нее в гаражах до конца жизни с такими же великовозрастными мудаками-друзьями.
Это раздражение, проявляющееся в виде активного протеста - и есть то, чего они добиваются. По этой схеме работали их семьи, этой схемы придерживаются и они сами.
Какие стратегии оказались неверными лично для меня?
Первая - это попытка стать мамашей, только нормальной: спокойным, сильным матриархом, который отвечает за всё, знает наперед действия своих подданных и у которого всегда все схвачено. Почему это не работает: 1) потому что у мужчины, который занимается херней, описанной выше, нет цели иметь рядом с собой спокойного и сильного матриарха: его бесит и спокойствие, и сила, которых нет у него самого; 2) потому что, если вы изначально не спокойный и сильный матриарх, то усилием воли им и не станете: мне лично эта роль внушает отвращение, потому что я не хочу иметь дело с мужчинкой, который не знает, как действовать, если что-то пойдет не так.
Вторая - это попытка стать прямой противоположностью того, что вам навязывают: беспомощной куколкой, которая хлопает глазками и вызывает желание заботиться о себе, защищать себя и нести за себя ответственность. Почему не работает это: 1) потому что мужчина просто не увидит ваших хороших качеств и продолжит вести себя таким же образом, если не хуже, не получая сопротивления; 2) потому что вам будет тошно и обидно за просранные годы и, конечно же, рано или поздно захочется отомстить.
Третья - это активное, агрессивное сопротивление. С явкой на свет всех его стратегий, с подробными разборами, с вечной готовностью защитить себя (даже и особенно когда вам очень плохо). Тут появляется шанс: убедить его обратиться к специалисту; отбить желание нападать на вас; вызвать некое раскаяние. Почему я считаю это нерентабельным предприятием: 1) у вас будут рецидивы, отбивающие всякое желание двигаться дальше; 2) вы разочаруетесь и устанете; 3) вы-таки приобретете некоторые матриархальные черты, которые вам в хорошей равноправной семье семье нахер не нужны; 4) вы станете агрессивнее; 5) вы уже никогда не сможете довериться и расслабиться; 5) вы потеряете свои женские - теплые и ласковые качества, зато приобретете командный голос и беспросветную мудрость; 6) вы всей душой возненавидите человека, из-за которого вынуждены так себя вести.
Так или иначе, но эти три стратегии включают в себя элемент сопротивления: активного, действующего и трудно выносимого для себя самой. Я не буду говорить, что, мол, агрессия - это исходно не женское качество. Скорее, это исходно не человеческое качество. Это трудное, болезненное переживание для любого, у кого есть совесть и сопереживание.
Моей ошибкой все эти годы было то, что я пыталась взрастить в себе ту злость и желание отыграться, разрушить, отомстить, которая была свойственна моим обидчикам - и придерживалась схемы "если сделали больно тебе, то сделай больно другому".
Сейчас я думаю, что разрушительная ярость, которую вызывают в нас обидчики - это вещь, которая вынуждает нас раскрыться, броситься вперед, очертя голову, и оставить без защиты то, к чему по-другому они доступ не получат. Отличительной особенностью жертвы является не то, что она слабая, а то, что она злится - и эта злость позволяет другим с легкостью управлять ее поведением. Злость - это бушующая сила, которую остается только направить. Сам человек над ней уже не властен, если она вырывается. И чем сильнее злость, чем неподвластнее она самому человеку, тем подвластнее она другим.
Злость вынуждает нас сделать шаг навстречу, прямиком в капкан: несправедливость по отношению к нам заставляет нас выглядеть неадекватными, глупыми, уродливыми - такими, какими нас и хотят видеть люди, желающие поиграть в игру.
Сейчас я считаю, что, давая сдачи, а точнее, уже желая причинить кому-то боль, мы вынуждаем себя вступать во взаимоотношения, которые нам не нужны, да еще и на активных ролях. Выходом может стать защита без сопротивления - без ярости, злости, желания доказать, кто тут первый. Освободившись от собственного зла, вы автоматически становитесь над конфликтом, расширяете поле зрения и пространство для маневра. Кроме того, у вас освобождается резерв силы на то, чтобы защищаться. Не нападать, думая, как стукнуть побольнее того, кого вы вообще не хотите бить или не видите, как сделать это, не подставившись самому, а отражать удары, защищая самое дорогое. Не бросаться в бой с криками "за справедливость", а уходить в глухую оборону - и пусть враг долбится в никуда. Не надо быть честным бойцом и вываливать свои ценности против чужих. Не надо давить аргументами. Не надо создавать встречный ветер. Станьте невидимыми. Станьте недосягаемыми. Не давайте ему информации и инструментов для воздействия на вас. Вывезите из дома всё ценное. Усвойте, что он обращается не к вам, а к своим призракам - что бы вы ни сказали, что бы ни сделали, всё будет впустую и вам во вред. Не участвуйте в этом, как бы ни хотелось, как бы ни казалось, что без вас тут уж точно не обойдется. Защищайте свою систему ценностей, в которой вы не орете, как базарная хабалка, не истерите, не доказываете со слезами чью-то несправедливость и неправоту. Если ваш мир расходится с чьим-то - даже если это самый дорогой на свете человек - если он спорит со своим плодом воображения и вы это поняли - поймите и то, что он - в своем мире, а вы - в своем. И вы не обязаны держаться за его мир, играя по его правилам, если не хотите этого и не видите себя в этой тупой, дешевой драме.
Нападение или защита?
Так уж вышло по жизни, что кого-то на меня постоянно триггерит. Меня путают со своими мамами-манипуляторшами, бывшими-шлюхами, яростными соперницами, грозными и гордыми отшиваками с завышенным ЧСВ и многими другими женщинами, к которым я вообще не имею никакого отношения.
В первый раз это случилось еще в школе - я постоянно получала ни за что, хотя никаких ярко выраженных черт подобного плана не проявляла: наоборот, старалась хорошо учиться, никому не мешать и по минимуму взаимодействовать с людьми. Потом весь треш постепенно переместился в мою семейную жизнь: будучи самостоятельной, но не приспособленной к лидерству, выяснению отношений и отстаиванию своих прав в принципе, я каким-то вывертом всё равно оказывалась в роли агрессора - даже всячески избегая её намеренно (тем заметнее было неадекватное восприятие меня людьми, их слепота и абсолютная неспособность услышать и понять меня). Хотя я - опять-таки, не будучи приспособленной к нравоучениям, объяснениям и настаиванию на своем - объясняла, учила, говорила, держала контакт, как могла.
читать дальше
В первый раз это случилось еще в школе - я постоянно получала ни за что, хотя никаких ярко выраженных черт подобного плана не проявляла: наоборот, старалась хорошо учиться, никому не мешать и по минимуму взаимодействовать с людьми. Потом весь треш постепенно переместился в мою семейную жизнь: будучи самостоятельной, но не приспособленной к лидерству, выяснению отношений и отстаиванию своих прав в принципе, я каким-то вывертом всё равно оказывалась в роли агрессора - даже всячески избегая её намеренно (тем заметнее было неадекватное восприятие меня людьми, их слепота и абсолютная неспособность услышать и понять меня). Хотя я - опять-таки, не будучи приспособленной к нравоучениям, объяснениям и настаиванию на своем - объясняла, учила, говорила, держала контакт, как могла.
читать дальше