Невыносимо хочется изгнать из себя эту девочку, это недоразумение, избавиться от него навсегда.
Было бы славно, но окончательный выбор совершить мешают сомнения - неужели тогда всё пережитое было зря? А вдруг я только наврежу себе? Вдруг и она в чем-то права?
Она копуша, мисс "ковыряю в тарелке два часа". Она слишком серьезно всё воспринимает, слишком долго обдумывает. Он слишком медленная. Слишком капризная. Она плакса и трусиха. Она не сдвинется с места, пока стрела не попадет ей в голову. Она легковерная. Она не замечает, когда над ней издеваются. Она беззащитная. Она тупая и не понимает каких-то очевидных для всех вещей. Не понимает, что пожинает последствия своего упрямства. Не умеет за собой следить. Не умеет себя обслуживать. Не хочет этому учиться.
Над ней все смеются, и всем ее жалко. Ее никто не может воспринимать всерьез, потому что она и сама ведет себя, как ребенок. Она не хочет расширять свои горизонты, не хочет получать нужные для жизни скиллы. Она будет делать только то, что ей сказали, что заставили делать, без чего она не выживет и когда уже поздно. Она подстраивается и ждет, когда все образуется само собой. Она бездумно тратит себя. Она не видит себя. Она абсолютно равнодушна и жестока к себе самой, но зато безумно чувствительна к чужим желаниям и настроениям, подвержена любому влиянию извне.
Это она пряталась, плакала и молилась, когда родители ссорились, вместо того, чтобы просто свалить из дома. Это она просто плакала, когда четверо или пятеро мальчиков закрыли ей выход из класса. Это она не могла сообразить, что над ней издеваются, и попросить помощи. Это она бегала плакать в подсобку, пока ее оттуда не выгнали, обозвав несчастненькой, и ничего не сказала в ответ - просто ушла. Это она бросила музыку, когда ее выгнали из хора. Это она приняла решение не надеяться, чтобы не разочаровываться, и давать дорогу тем, кто больше хочет и заслуживает этого. Это она не похоронила свою кошку и позволила бросить в другом городе другую. Это она договорилась расстаться с подругой, чтобы не переживать, а потом пыталась вернуть ее, когда поняла, что не сдюжила. Это она решила стать охуенной шмарой, и это её потом долго и закономерно размазывал по полу человек на 5 лет старше её. Это она строила глазки всем подряд мужчинам и ненавидела всех подряд женщин.
Это она готова терпеть любые унижения и побои, только бы ее не бросили, считает себя святой и незаслуженно обиженной, но совершает порой такое дерьмо, за которое быть битой вполне справедливо.
И виноват всегда кто-то другой.
Это она чувствует себя дурой и ведет себя, как дура, с самого начала и до сих пор. Оборванная и несчастная мисс Не-бей-лежачего, больше ни на что не способная, только лежать, реветь и терпеть в слезах и соплях. При этом сильная, как мразь, трусливая, никому не доверяющая, мерзкая, отгоняющая от себя своими криками тех, кто ее любит, и привлекающая садистов и мудаков, бегущая за ними, как корова на привязи. Мямля и идиотка.
Я бы вырезала ее из себя. Исписала бы. Избила. Я так ее ненавижу. Но тело-то тут ни причем. А другие средства, кроме насилия, бесполезны, наверное. Она успокаивается, только получая по роже. Ее надо бить, резать, орать, ногами пиздить. Любовь, понимание и сочувствие ей не помогают. Это просто такая большая ревущая туша, заслоняющая собой весь мир, и весь он должен крутиться вокруг нее. Она не растет. Не учится. Не взрослеет.
Здесь этому не время и не место, и если так пойдет и дальше, это убьет нас обоих.
С ДРУГОЙ СТОРОНЫ, ее ли это вина? Что она - такая, как есть, послушная, наблюдательная, добрая и пассивная, появилась в быстром и жестоком мире? Виновата ли, что в ней запечатлен образ лучше этого? Виновата ли, что родилась без способности выживать самостоятельно, с нуждой, чтобы кто-то был рядом, со страхом погибнуть, слабая, маленькая, ничего не умеющая? Виновата ли в том, что никто не озаботился ее развитием, не научил, не помог, не поставил на ноги? И то, кто я сейчас, не на ее ли крови стоит, не на ее ли позоре, боли, ошибках, попытках принять лучшее решение из доступного? И разве она не заботилась обо мне теперешней, хотя ее никто этому не учил? Разве не хотела для меня лучшей доли, чем для нее, не собирала старательно сведения, надеясь, что однажды появлюсь я и положу конец ее мучениям? Разве я не обязана возможностью приобрести свою ебучую благородную принципиальность существу, сотканному из хаоса, боли и страха?
Я всю жизнь боялась безумия, деменции и забвения - якобы, человек может идти только вверх, и возврат к былому - это деградация, разложение и распад. Но не оттуда ли мы все пришли? К чему бояться адского пламени, если все мы вышли оттуда? К чему запрещать себе ненависть и страх, если все мы - жалкие, испуганные животные? К чему прятаться за красивой картинкой, если нет ни одного человека, который не понял бы нас?